Во время сессии, с помощью термина «психологическая смерть», Павел Владимирович отделил психическую реальность клиента от физиологических процессов, потому что выяснилось, что именно непонимание природы страха биологической смерти, а, вернее сказать, неожиданного выживания, наглухо закрывали психологическую реальность будущего для клиента.

В терминах экофасилитативного подхода тупик клиента из-за отсутствия жизненной перспективы будущего выглядел как не до конца осознанная новая идентичность в состоянии неопределенности, то есть с неограниченными возможностями для конструирования будущего. Так, было создано «поле» для внутренней работы клиента и он (клиент) вовлекся в творческий процесс сотворения будущего.

Мне очень приглянулось понятие «психологическая смерть». Ведь, действительно, стремление уйти из жизни скорее можно рассматривать как страстное желание другой жизни, которая кажется невозможной в силу внутренних ограничений или страхов. Тогда получается, что жажда смерти – это жажда жизни, но без плана на осуществление.

Как сравнила одна девушка: «Когда я в тетради с конспектами делаю много ошибок, исправлений, получается неразборчиво, наляписто...и самый идеальный вариант исправить это - выбросить старую тетрадь, начать новую, с чистого листа... возможно (если это действительно необходимо) переписать что-то из старой, но красиво, максимум понятно, и очень кратко! Когда тоже самое происходит в жизни, просто зачеркнуть, (зная, что оно не исчезнет, а лишь будет зачёркнутым), иногда сложнее, чем выбросить старое и начать новое...»

Казалось бы, большинство людей именно так и делает: просто зачеркивает старое и начинает новое - это и есть жизнь. Но почему желание зачеркнуть старую жизнь у определенной категории людей проявляется нанесением себе физического вреда? Старая жизнь перечеркивается психологически, а не физически. Каждый делает это в своей жизни хотя бы раз вольно или невольно, некоторые делают это постоянно, если ставят за цель - саморазвитие. Мы меняемся - жизнь меняется. Те, какими мы были пять лет назад или год или вчера - мы уже и так безвозвратно ушедшие.

Люди думающие о самоубийстве, очень часто описывают, что испытывают душевную пустоту, отсутствие счастья и источника малейшей радости. Очень похоже на изживание существующих жизненных ресурсов «смертельно старой идентичности». Поскольку, личность воспринимает это стремление изжить себя как бесперспективность своего физического существования, появляются мысли о возможном совершении самоубийства.

Ведь возможно, что человек, который не знает как зачеркнуть что-либо психологически, не разобравшийся вовремя (не у каждого под боком в нужный момент оказываются психологи и умные друзья), который не имеет в опыте своей жизни переживания психологической смерти – вольного или невольного, единственным вариантом видит - зачёркивание жизни вообще: физической, психологической и т. д. То есть, человек подходит к границе между психологической жизнью и смертью, имея в душе только пустоту. Впереди только смерть, позади аморфный "злой рок", загаженная и враждебная окружающая среда. Чтобы хоть как-то поддерживать свое физическое существование, испытываются свои физические возможности пирсингом, наколками, экстримом, измененными химическими веществами состояниями сознания. Зачем вообще ставить эксперименты с телом, если и без того понятно что это самый зыбкий механизм, подверженный разрушению со всех сторон? Ведь он становится сильным и безупречно функциональным только благодаря своей психической, душевной и духовной "начинке". Если этого нет, его и испытывать не надо - он сам разрушится в недолгом времени.

И еще, не кажется ли вам, что если этот процент людей можно использовать как показатель или маркер «застойных» и «переходных» явлений в обществе, (автор книги указывает: по историческим данным, самоубийства вообще редко случаются в молодых обществах*, стоящих на пути к развитию и концентрации, и что, напротив, число их увеличивается по мере того, как растет общественный распад) то, и желание человека свести счеты с жизнью, являются четким показателем "застоя" в жизни человека, а желание физической смерти указывает на неминуемое наступление "психологической смерти"?

Можно предположить, что лучшим способом психологической помощи в этом случае будет не забота, поддержка и понимание клиента, как это принято считать, а предъявление человеку такой модели его жизни, в которой "психологическая смерть" является естественным, уже пережитым, свершившимся фактом, его уже нет смысла ждать, а застой - это заполнение жизненного "резервуара" ожиданием и подготовкой к смерти, которая уже наступила, грубо говоря - ничем, что и порождает чувство душевной пустоты, вакуума. После этого клиент может сам выбирать оставаться ли в этом состоянии, но осознанно, если такая потребность есть, либо, если он морально к этому готов, начать творить реальную модель будущего.

Действительно, где та граница между действием на психическом и физическом уровне?

P.S. Поймала себя на том, что могу об этом говорить часами.
И еще, перечитав все, увидела связь екофасилитации с древними ритуалами, и уже не в первый раз. (О шаманстве мы как-то говорили)...

Однако этот процесс сопровождает во всех описанных случаях инициации другой человек. Его присутствие как бы является гарантией перехода, даже если при этом он ничего не делает. Если говорить о желании умереть, то можно предположить, что человек стремится свести счеты с жизнью, рассчитывая, что его спасут. То есть, как и в инициации, в этой смертельной "игре" должен быть где-то третий человек. Это может проходить абсолютно несознательно, без управления. Например, мне рассказывали бывшие суицидники о том, что в отчаянии резали себе вены, а в этот момент у отца, с которым были плохие отношения (одна из причин суицида), случается на работе легкий сердечный приступ и он едет домой и в результате спасает свою дочь, или еще: в момент подготовки к суициду появляется сокурсник, которому в студенческие годы была оказана ощутимая для него помощь и он разыскал своего товарища через годы, в момент, когда он готовился к суициду, чтобы отблагодарить его и сделать деловое предложение. Прямо по голограмме: «Умереть можно, когда понимаешь, что без тебя обойдутся». А если ты понимаешь, что ты кому-то нужен, куда деваются мысли о смерти? (Кстати еще один из способов профилактики суицида - не забывать говорить людям о том, что они в чем-то для нас важны )

Вот у меня всё больше зарождается убеждение, что суицид - это в какой-то мере подсознательное стремление к проведению ритуала инициации. Может же такое быть? И хоть бы сколько не было недостатков СССР, но в этом плане он "угодил" своему народу. Вот в нашем обществе, где можно пережить инициацию? Первое, что приходит на ум: религия, эзотерика и восточные практики. Ну и экофасилитация, конечно. Однако при этом не нужно делать на себе разрезы и переживать глубокие физические страдания.

Хотя, однажды у меня был разговор с П.В. на эту тему. Я проводила экофасилитативную сессию с одной девушкой. Она впервые решила озвучить себе то, в чем боялась признаться даже внутренне. Она говорила почти шепотом, хотя в этом не было необходимости, и при этом переживала жуткие головные боли. Она могла остановиться в любой момент, но в ее случае, получалось, что даже такие сильные физические страдания были меньше, чем внутренние душевные. У меня первое образование медицинское и мне довольно тяжело было наблюдать за ее физическими муками, чтобы не предложить медицинскую помощь, но мы не останавливались, хотя я постоянно была в готовности из роли психолога перейти в роль медика. На этапе разрешения ее проблемы боль резко ушла и наступило прояснение. Как раз это состояние и описала девушка как перерождение, она утверждала, что даже краски восприятия мира стали другие и появилась необыкновенная внутренняя легкость. Я была довольна результатом, но всё равно обратилась за супервизией к Павлу Владимировичу и тогда он впервые мне объяснил, что процесс разрушения старой, застоявшейся модели личности не может быть абсолютно безболезненным. Или как в его голограмме: "В период обострения личных проблем иногда полезно поболеть физически". В принципе, и на физиологическом уровне я также нашла объяснение этому феномену, изучив свойство переключения нейронных связей.

Хотя чем в данном случае человек управляет? У него была физическая травма - смерть одних нейронных связей и установление других. Роль оракула «Лушина» в этом случае – провести ритуал по принятию новых нейронных связей, например, через измененное состояние сознания психолога и клиента с видением жизненной перспективы (в то время как официальная медицина, соглашаясь с ненормальностью пришедшего, похоже, отрицает «смерть» вообще. Боится? Это, кажеться, по П.В. Лушину. Единственное, что человек может сделать – это научиться самостоятельно принимать изменения после очередного удара по голове и совершать виртуальные ритуалы после физических или психологических смертей. Или как-то иначе?

М-да..