И в этом смысле ни один из реальных специалистов в данной области в строгом смысле не является психотерапевтом, конечно оставаясь при этом фрейдистом, адлерианцем, юнгианцем, бернианцем, хорнианцем, мореновцем, роджерианцем, перлзцем, минделцем, менегеттианцем, лэнглеанцем и т.п. или же (что бывает гораздо чаще) причудливой их смесью. Действительно, какое огромное поле для просветительской работы! Но для нас важно констатировать другое: нет психотерапии, нет и психотерапевтов.

Можно сказать в этой связи, что специфические факторы (особенности) психотерапевтических систем существуют исключительно для того, чтобы обеспечить профессиональную идентичность психотерапевтов в качестве диссоциированного на отдельные группы профессионального сообщества (подобно тому, как национальная принадлежность обеспечивает национальную идентичность и приводит к размежеванию людей на русских, немцев, евреев и т.д.).

Пока профессиональное сообщество не выработало своих универсальных норм и конвенций оно вынуждено принимать вненаучные, конвенциональные, социальные правила игры, жестко связанные с особенностями рыночного общества (лучше продается новое, раскрученное, хорошо упакованное), а также профессионального обучения, сертификации, лицензирования, построения карьеры и т.д. (Макаров, 2001). В результате подобно тому, как человек как таковой скрыт в современном мире за маской представителя той или иной нации, психотерапевт (без кавычек!) оказывается скрытым за маской представителя той или иной психотерапевтической школы (фрейдиста, адлерианца, юнгианца, бернианца, хорнианца, мореновца, роджерианца, перлзца, минделца, менегеттианца, лэнглеанца и т.п.).

Конечно, не все психотерапевтические «нации» в равной степени акцентируют специфические факторы воздействия (т.е. психотерапевтическую технику). Существуют различия (на одном полюсе – максимально манипулятивная бихевиоральная терапия, на другом – минимально манипулятивная вербальная психотерапия в варианте К.Роджерса) (Боуэн, 2004; Орлов, 2000, 2002б).

Но что, если обратиться теперь от рассмотрения психотерапевтической техники к рассмотрению психотерапевтической практики? Что если, например, сделать центром внимания поведение психотерапевтов в ходе сессий? Как показывают исследования, при просмотре видео-протоколов психотерапевтических сессий, проводившихся опытными психотерапевтами, относившимися к различным психотерапевтическим школам, наблюдателям не удается выявить существенных поведенческих отличий (испытуемые не могут определить по видеофрагменту принадлежность психотерапевта к тому или иному направлению) (см., Хайгл-Эверс и др., 2001, с.673).